Российская судебная практика по разрешению дел о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью граждан при оказании медицинской помощи: проблемы и перспективы

7690

Развитие в России практики судебной защиты прав пациентов во многом обусловлено резким увеличением в последние годы числа гражданских исков о возмещении вреда здоровью (жизни) граждан при оказании им ненадлежащей медицинской помощи. Наиболее частыми причинами обращений в суды с исками о возмещении вреда здоровью (жизни) граждан при оказании медицинской помощи являются: недостатки качества и/или пренебрежение требованиями безопасности при проведении медицинских действий, прогрессирование патологического процесса, индивидуальная реакция организма на медицинское вмешательство, так называемый медицинский случай, непредвидимый и не входящий в понятие риска, и др. При этом гражданско-правовая ответственность наступает только при наличии состава гражданского правонарушения.

В настоящее время развитие отечественной судебной практики ведения подобного рода дел осуществляется весьма медленно, отличается многообразием подходов, различием точек зрения при сходных обстоятельствах и, как следствие, противоречивостью принимаемых судебных решений. Ситуацию усугубляет отсутствие официальной статистики о рассмотренных судами медицинских делах, в т. ч. о присужденных в качестве компенсации причиненного вреда денежных суммах.

Какие причины лежат в основе принятия судами разных решений по однотипным медицинским делам? С какими проблемами при рассмотрении этих дел сталкиваются непосредственные участники судебных процессов? В настоящее время ответы на эти и другие вопросы пытаются найти многие отечественные специалисты: медики, юристы, социологи, психологи, социальные работники и представители других смежных профессий. О росте в последние годы научного и практического интереса к вопросам медицинского права свидетельствует увеличение числа публикаций, посвященных исследованию данной проблемы. Трудности изучения вопросов медицинского права прежде всего связаны с начальным этапом становления отечественной судебной практики ведения медицинских дел. Она складывается в условиях крайне низкого правового обеспечения: законодательного, методического, информационного, кадрового и др. Более того, многие законодательные положения, касающиеся правового статуса учреждений здравоохранения, причинителей вреда здоровью, пациентов и т. п., появились совсем недавно и до сих пор практически не применялись судами. В таких условиях необходимость теоретического обобщения накопленного к настоящему времени опыта практической судебной деятельности не вызывает сомнений.

В многочисленных работах последних лет отечественные авторы уделяют особое внимание разработке понятийного аппарата, методологических и методических подходов к решению новых для отечественной судебной практики “медицинских” дел. Все это вносит известный вклад в становление и развитие относительно новой для нашей страны научной и учебной дисциплины – медицинского права. Однако в связи с недостаточной теоретической разработанностью данной научной проблемы и небольшим практическим опытом ведения подобного рода судебных дел, суждения специалистов в этой области весьма расходятся. По многим теоретическим и практическим вопросам медицинского права у них отсутствует единство взглядов.

Вместе с тем большинство специалистов сходятся во мнении относительно того, что наиболее важной проблемой в этой области является юридическое установление основания и условий ответственности за причиненный при оказании медицинской помощи вред здоровью (жизни) граждан, а также разработка и внедрение в деятельность отечественной судебной системы соответствующих практических рекомендаций. В сложившихся обстоятельствах особенно актуальным представляется дальнейшее совершенствование существующей законодательной базы в области охраны общественного здоровья: систематизация и кодификация имеющихся и разработка новых нормативно-правовых актов, четко и непротиворечиво регламентирующих порядок и условия осуществления профессиональной медицинской деятельности. Создание и внедрение системной классификации правовых регламентаций позволит устранить дублирование нормативного материала и избежать многочисленных противоречий между нормами различных правовых актов. А это, в свою очередь, значительно упростит и облегчит поиск необходимых правовых норм, подлежащих применению при судебном разбирательстве конкретных медицинских дел.

Как показал анализ специальной литературы, у авторов отсутствует единое мнение относительно необходимости доказательства вины причинителя вреда. Так, И.С. Мыльникова1 считает, что однозначной позиции судей о том, какой закон применять в случае причинения вреда в результате лечебно-диагностического вмешательства, не существует, а от этого, по ее мнению, зависит необходимость доказательства вины причинителя вреда. О.Ю. Александрова2 обосновывает необязательность доказательства такой вины, ссылаясь на отличительную особенность гражданско-правовой ответственности, заключающуюся в усеченном составе гражданского правонарушения. Его главными компонентами являются наличие вреда или факта нарушения чьих-то прав и причинной связи между причиненным вредом и противоправным действием, а доказательств требует лишь причинно-следственная связь, объективно устанавливающая зависимость наступления отрицательных последствий от действий медицинского персонала. Для наступления гражданско-правовой ответственности вина субъекта не является обязательным условием. Так, согласно ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный здоровью (жизни) гражданина вследствие каких-либо недостатков услуги, а также недостоверной или недостаточной информации о ней, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу, независимо от его вины и от того, состоял ли потерпевший с ним в договорных обязательствах.

ГК РФ содержит также и другие специальные нормы, предусматривающие возможность возмещения вреда при отсутствии вины причинителя, а именно в случае осуществления предпринимательской деятельности или деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих.

По мнению А.А. Мохова3, эти характеристики могут быть применены ко всей медицинской деятельности. В частности, они нашли отражение в ведомственных законодательных актах. Так, Федеральным законом от 17.09.98 № 157-ФЗ “Об иммунопрофилактике инфекционных болезней” (с изм. и доп.) утверждено положение о возмещении вреда вне зависимости от вины причинителя вреда. Однако в большинстве правовых актов, действующих в сфере охраны здоровья граждан, на этот счет не содержится никаких специальных указаний. Более того, согласно ст. 66 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан в случаях причинения вреда здоровью граждан виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб в объеме и порядке, установленных законодательством РФ.

В этой связи весьма важным представляется понимание содержания понятия вины. Так, под виной в гражданском праве понимают непринятие правонарушителем всех возможных мер по устранению неблагоприятных последствий своего поведения, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру лежащих на нем обязанностей и конкретным условиям гражданского оборота. Данное определение значительно расширяет границы деяний лиц, согласно которым они могут быть признаны виновными, в отличие от других отраслей российского права. Исходя из вышеприведенного определения, В.С. Козак4 считает, что исключить вину медицинских работников можно лишь в том случае, если точно известно, что они проявили готовность к работе, должную заботливость и осмотрительность, которые соответствовали реальным условиям оказания медицинской помощи.

О недостаточной разработанности понятийного аппарата медицинского права и невысокой правовой грамотности специалистов свидетельствует отсутствие единообразного понимания медицинскими работниками и юристами основополагающих правовых категорий. Ведомственные комиссии и судебные эксперты часто путают весьма широкое понятие риска при медицинском вмешательстве, всегда в той или иной степени присутствующего в медицинской деятельности, с правовой категорией обоснованного риска. Такая подмена понятий, с одной стороны, может свидетельствовать о наличии ведомственной корпоративности, а с другой – о правовой неграмотности медицинских работников. Понятие “обоснованный риск”, в отличие от юристов, они толкуют по-своему, что значительно затрудняет его правовое применение. Еще одним примером неправильного понимания медицинскими работниками основных категорий медицинского права является понятие “информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или на отказ от него”5. Большинство медицинских работников считает, что согласие на медицинское вмешательство освобождает их от ответственности за причинение вреда. Однако такое неверное толкование не соответствует российскому законодательству и не освобождает от наступления гражданско-правовой ответственности в случае причинения вреда здоровью (жизни) пациента.

Пренебрежение правовыми последствиями медицинских действий значительно усложняет процесс защиты интересов медицинских учреждений и делает их практически беззащитными перед пациентами. Этому в значительной степени способствует невыполнение медицинскими работниками требований законодательства РФ о порядке ведения первичной медицинской документации и неправильное оформление документов об информированном добровольном согласии пациента на медицинское вмешательство или об отказе от него. Нередко факт информирования пациента и его согласие на лечение (изменение плана лечения, отказ от лечения до или после начала лечения) оговариваются устно и при возникновении необходимости их наличие невозможно доказать. В результате медицинское учреждение не может документально подтвердить в суде свою правоту и проигрывает дело. Нередко факт информированного согласия пациента зафиксирован документальными записями, но условия его не конкретизированы. В таком случае медицинскому учреждению может быть поставлено в вину навязывание медицинской услуги пациенту против его воли. Несовпадение дат информирования пациента и оказания услуги или отсутствие такой информации вообще может явиться основанием для заключения о несвоевременной информированности пациента. Крайне редко в медицинской документации находят отражение факты нарушения пациентом своих обязанностей (неявка на прием, нарушение лечебно-охранительного режима, неисполнение назначений лечащего врача). При таких обстоятельствах вероятность защиты в суде интересов медицинских учреждений становится весьма сомнительной, даже в случае их полной невиновности.

К.В. Николаев и А.А. Тишура6 связывают слабые позиции медицинских учреждений в суде с неверным выбором экспертного учреждения для проведения назначаемой судом экспертизы, причину чего они объясняют пассивностью медицинских учреждений при этом выборе. Более того, в случае несогласия с результатами экспертизы учреждения здравоохранения редко решаются оспаривать экспертные заключения. Такая неготовность ЛПУ к защите своих интересов в процессе судебного разбирательства, скорее всего, обусловлена недостаточной правовой и медицинской грамотностью их представителей, отсутствием опыта участия в подобных судебных разбирательствах, характеризующихся вполне определенной спецификой.

Большое значение в дальнейшем развитии практики гражданского судопроизводства отечественными исследователями придается созданию института независимой судебно-медицинской экспертизы (далее – СМЭ). На СМЭ возложено решение таких чрезвычайно сложных вопросов юридической практики, как установление характера вреда, его размера, причинно-следственных связей и др. В частности, А.А. Мохов7 и Е.В. Козьминых8 считают, что от обеспечения подлинной независимости и незаинтересованности в исходе дела сведущих лиц (экспертов и специалистов) прямо зависит возможность суда по установлению истинного знания и принятию единственно верного и правильного решения. Так, реальные успехи по защите прав пациентов в Пермской области Е.В. Козьминых объясняет введением в регионе – впервые в стране – института независимой медицинской экспертизы. Ответственность за ее проведение возложена на Пермскую лабораторию судебной экспертизы Минюста России. Мнение Мохова и Козьминых поддерживают В.В. Золотых и С.П. Жуков9, указывая на наличие ведомственной корпоративности при оценке ненадлежащего оказания медицинской помощи.

На отсутствие истинно независимой экспертизы обращает внимание и Г.В. Кагирова10. При обосновании своего мнения она ссылается на тот факт, что ошибки врачей чаще всего анализируют эксперты, являющиеся сотрудниками кафедр медицинских вузов. Последние располагаются на базе медицинских учреждений, клиническая практика которых неизбежно сопровождается ошибками при проведении лечебно-диагностического процесса.

Этим частично объясняется не вполне объективный характер экспертных заключений, нередко уводящих от основной причины причиненного здоровью (жизни) пациентов вреда.

Ситуация усугубляется отсутствием права граждан на выбор федерального суда на территории РФ. В настоящее время подсудность по выбору истца ограничена местом расположения ответчика и местом жительства истца. Как правило, и истец, и ответчик располагаются на одной территории, где имеется единственный суд и единственная больница. В таких условиях говорить о фактической независимости судебной экспертизы не представляется возможным.

Эту точку зрения поддерживает А.Н. Кузнецов11. Он считает, что решающее значение в установлении причинно-следственных связей в медицинском судебном процессе принадлежит независимости экспертов. В условиях, когда практически все судебные экспертизы проводятся в территориальных бюро СМЭ, подчиненных органу управления здравоохранением административной территории, говорить об их независимости не приходится. Свой вывод автор обосновывает тем, что территориальные органы управления здравоохранением не заинтересованы в получении пациентами компенсационных выплат из своего бюджета, а также в связанном с ними ухудшении отчетных статистических показателей.

Однако Г.А. Пашинян, В.В. Жаров и В.В. Зайцев12 придерживаются другого мнения, считая, что дело не в ложной солидарности и корпоративности, которые будто бы не позволяют судебным экспертам объективно ответить на поставленные следствием и судами вопросы. Более значимым фактором, определяющим степень объективности экспертных заключений, является профессиональная компетентность судебно-медицинских экспертов и специалистов-консультантов, их аттестация и сертификация, а также лицензирование и организация самой системы комплексных и комиссионных экспертиз с привлечением представителей медицинских профессиональных ассоциаций. Одновременно Е.В. Козьминых13, ссылаясь на действующее законодательство и позицию Верховного Суда РФ14, отстаивает необязательность лицензирования СМЭ, назначаемой по материалам уголовных и гражданских дел.

Мнения специалистов расходятся и относительно организационных структур, ответственных за проведение СМЭ. В частности, Е.М. Степанов15 отстаивает мнение, согласно которому оценка врачебной деятельности при контроле и экспертизе должна принадлежать исключительно врачебному сообществу, а именно профессиональным медицинским ассоциациям. Одни авторы считают целесообразным проведение судебных экспертиз в независимых экспертных организациях (в частности, в лабораториях судебной экспертизы Минюста России), другие предлагают направлять дела для их производства за пределы конкретной административной территории.

Несовершенство российской судебной практики подтверждается и наличием определенных нарушений, допускаемых со стороны судейского корпуса. Они связаны с вынесением судьями определений об отказе в назначении повторной СМЭ. Подобные отказы суда, когда сам истец настаивает на экспертизе и оплачивает необходимые расходы по ее проведению, свидетельствуют о формировании практики воспрепятствования представлению стороной доказательств, что согласно ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса РФ является ее процессуальной обязанностью.

Таким образом, проведенный анализ публикаций последних лет, посвященных проблемам медицинского права, свидетельствует о наличии различных подходов к проблеме судебной защиты прав граждан на получение медицинской помощи надлежащего качества. Основными причинами такого положения дел являются недостаточная методологическая и методическая разработанность исследуемой проблемы, несовершенство законодательной базы в области медицинского права, а также отсутствие необходимого опыта и квалификации у всех участников судебных процессов по искам о возмещении вреда здоровью (жизни) граждан при оказании медицинской помощи.


1 Мыльникова И.С. Правовое обеспечение здравоохранения и судебная практика при рассмотрении “медицинских дел” // Медицинское право и этика. 2001. № 2.

2 Александрова О.Ю. Юридическая ответственность медицинских работников и организаций здравоохранения // Здравоохранение. 2005. № 4.

3 Мохов А.А. К вопросу о квалификации обязательств из причинения вреда здоровью или жизни гражданина (пациента) // Медицинское право. 2005. № 1.

4 Козак В.С. Врачебные правонарушения и неумышленная вина врача // Медицинское право и этика. 2003. № 4.

5 Николаев К.В., Тишура А.А. Основные ошибки медицинских учреждений (организаций) при оказании медицинской помощи гражданам // Здравоохранение. 2003. № 2.

6 Николаев К.В., Тишура А.А. Основные ошибки медицинских учреждений при рассмотрении споров с пациентами по вопросам назначения экспертизы // Здравоохранение. 2003. № 5.

7 Мохов А.А., Мохова И.Н. “Врачебная ошибка” как актуальная проблема судебной практики // Медицинское право. 2004. № 2.

8 КозьминыхЕ.В. Судебная практика как высший уровень правового регулирования в здравоохранении // Медицинское право и этика. 2003. № 2.

9 Золотых В.В., Жуков С.П.. Обоснованный риск в медицинской практике // Медицинское право. 2004. № 4.

10 Кагирова Г.В. Белые пятна правового поля в современной медицине // Медицинское право. 2003. № 3.

11 Кузнецов А.Н. Проблема установления причинно-следственных связей в медицинском судебном процессе // Медицинское право и этика. 2004. № 1.

12 Пашинян Г.А., Жаров В.В., Зайцев В.В. Экспертиза профессиональных ошибок медицинских работников в гражданском судопроизводстве // Медицинское право. 2004. № 1 (5).

13 КозьминыхЕ.В. Быть ли судебной экспертизе независимой? // ЭЖ-Юрист. 2005. № 46, ноябрь.

14 Определение Верховного Cуда РФ от 16.09.04 № КАС 04-451.

15 Степанов Е.М. Профессиональные и юридические вопросы врачебных ошибок // Экономика здравоохранения. 2002. № 2.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Мероприятия

Мероприятия

Повышаем квалификацию

Посмотреть

Самое выгодное предложение

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией

А еще...

Новые документы

Закупки по 44-ФЗ
Квалификация
Платные услуги
Популярное у экономистов медучреждений
Популярное у главных медсестер

Интервью

Врачей обяжут сообщать о потенциальных донорах

Врачей обяжут сообщать о потенциальных донорах

Алексей ПИНЧУК: журналу «Здравоохранение». Главные темы беседы – изменение правового поля донорства в России





Наши продукты




















© МЦФЭР, 2006 – 2016. Все права защищены.

Портал zdrav.ru - медицинский портал для медицинских работников. Новости и статьи для главных врачей, медицинских сестер, заместителей главного врача, специалистов по качеству медицинской помощи, заведующих КДЛ, медицинских юристов, экономистов ЛПУ, провизоров и руководителей аптек.

Информация на данном сайте предназначена только для медицинских работников. Ознакомьтесь с соглашением об использовании.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-38302 от 30.11.2009


  • Мы в соцсетях
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы продолжить чтение статей на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — журнал в формате pdf

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы продолжить чтение статей на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы скачать файл на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы скачать файл на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×