Можно ли оспорить выводы судебно-медицинской экспертизы по «врачебному делу»?

374

Могут ли представители медицинского сообщества высказывать свою точку зрения по ходу процесса, есть ли у них юридическая возможность поддержать коллегу? Можно ли оспорить результаты экспертизы, и какие действия защитника врача правомерны?

В практике юристов, сопровождающих гражданские и уголовные дела, связанные с обвинением врачей в ненадлежащем оказании медицинской помощи, нередки случаи, когда возникают обоснованные сомнения в выводах судебно-медицинской экспертизы (СМЭ). Могут ли представители медицинского сообщества высказывать свою точку зрения по ходу процесса, есть ли у них юридическая возможность поддержать коллегу? Можно ли оспорить результаты экспертизы, и какие действия защитника врача правомерны?

СМЭ проводится в тех случаях, когда необходимо решить вопросы, требующие специальных познаний, которыми не обладают следователь или судья. Правовая регламентация этой процессуальной формы использования специальных знаний в гражданском и уголовном процессе хорошо известна и разъяснена в специальной литературе. Участники процесса используют данные экспертного заключения с различными целями.

Конкретный статус врача как участника процесса зависит от вида процесса (гражданский или уголовный), стадии процесса, его индивидуальных особенностей. Врач может быть свидетелем, специалистом, экспертом и ответчиком, а в уголовном процессе – и подсудимым.

Так, по мнению Е.Х. Баринова и П.О. Ромодановского: «Для суда заключение СМЭ служит доказательством по делу, а для сторон – инструментом, средством доказывания. Посредством использования экспертных выводов каждая из сторон обосновывает свою позицию и (или) опровергает позицию противоположной стороны». Сторона, обвиняющая врача в неблагоприятном исходе медицинской помощи, в экспертном заключении старается найти основания для привлечения медиков к ответственности. Ее оппонент (медицинская организация), соответственно, ищет факты, доказывающие отсутствие таких оснований.

Юридический (процессуальный) аспект СМЭ по «врачебным делам» как в гражданском, так и в уголовном процессе заключается в предоставлении достоверных и объективных данных, с интерпретацией хода оказания медицинской помощи и причин смерти (вреда здоровью), для правоохранительных органов и/или суда. На наш взгляд, он превалирует над другим аспектом – медицинским, состоящим в профессиональной, врачебной оценке клинического случая. Для этой цели в большей степени предназначены прочие виды экспертиз. Таким образом, СМЭ нейтральна по отношению к доказательным позициям сторон и не предоставляет свидетельства ни за, ни против стороны обвинения или защиты. Полагаем, что неудовлетворенность одной из сторон процесса заключением СМЭ представляет собой неудовлетворенность именно юридическим аспектом.

Для соблюдения принципа состязательности сторон процесса законодателем предусмотрены другие варианты предоставления доказательств в ходе процесса (ст. 12 ГПК РФ, ст. 15 УПК РФ). В их число входят те, которые способны поколебать мнение судьи о полноте, достоверности или объективности выводов первичной СМЭ.

Несмотря на то, что выводы СМЭ зачастую имеют решающее значение в суде, с юридической точки зрения в гражданском процессе такая экспертиза не имеет заранее установленной силы и приоритета в ряду прочих доказательств. Часть 3 ст. 86 ГПК РФ гласит, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В уголовном процессе роль СМЭ возрастает, что подтверждается прямо установленной законодателем обязанностью по ее проведению в случаях, указанных в ст. 196 УПК РФ. Назначение и производство СМЭ обязательно, если необходимо установить причины смерти, а также характер и степень вреда, причиненного здоровью.

Развивая тему проведения СМЭ по делам, связанным с дефектами оказания медицинской помощи, нельзя обойти стороной столь важный аспект процессуального производства, как оспаривание судебного экспертного заключения. СМЭ, не соответствующая критериям полноты, правильности, обоснованности выводов, ставит под удар карьеру, репутацию и даже свободу лечащего врача.

Признание проведенной экспертом работы неточной, неполной, процессуально некорректной, безусловно, процесс болезненный и трудный.

Стоит понимать, что особенности при опротестовании результатов судебного экспертного заключения заключаются в возражениях, как по процессуальным, так и по профессиональным медицинским аспектам. Алгоритм действий защиты при несогласии с выводами первоначальной судебной экспертизы можно представить в виде следующей схемы:

Возможные варианты защиты при несогласии с выводами первичной судебно-медицинской экспертизы по делу

Можно ли оспорить выводы судебно-медицинской экспертизы по «врачебному делу»?

Поиск ошибок и недочетов в заключении СМЭ необходимо вести одновременно по двум аспектам: процессуальному (юридическому) и специальному (медицинскому).

Для обеспечения качественного анализа специальной (медицинской) части заключения к анализу необходимо привлекать профильных специалистов, обладающих равнозначным с экспертами опытом работы в анализируемой сфере медицины, имеющих научные степени и публикации по изучаемому вопросу. В ряде случаев юристам в ходе поиска таких специалистов приходится сталкиваться с отказами в сотрудничестве со стороны медиков по соображениям профессиональной этики. Нежелание врачей официально участвовать в публичной критике работы одного или нескольких представителей узкопрофессионального медицинского сообщества – одна из важнейших проблем начального этапа оспаривания заключения эксперта. Тем не менее, при наличии объективных причин для сомнений в обоснованности экспертного заключения рано или поздно находится специалист, готовый публично выразить свое мнение по данному вопросу. Чаще всего это врач, практикующий в другом субъекте РФ.

Когда специалисты найдены, заключение первичной экспертизы подвергается детальному анализу по нескольким направлениям. Проверяется его соответствие процессуальному законодательству, Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», вопросам, поставленным судом в определении о назначении экспертизы, специальным инструкциям и положениям, общепринятым методикам исследования, фундаментальным знаниям в области медицины.

В первую очередь, проводится анализ процессуальной стороны экспертного исследования и подготовки заключения. При этом уделяется внимание формальным и процедурным изъянам заключения. Авторы предлагают обратить внимание на ряд наиболее распространенных ошибок такого рода.

Формулирование вопросов

В ряде случаев в выводах экспертизы дается ответ на вопрос, который судом не ставился. С точки зрения авторов, процессуальное законодательство предусматривает возможность для эксперта ставить вопрос в своей редакции в тех случаях, когда вопрос, поставленный судом, неточен, некорректен или содержит элементарные опечатки. В этом случае эксперт обращается к суду с ходатайством о необходимости перефразировать вопрос, обосновывая это именно некорректностью исходного вопроса. Прямого указания на данное процессуальное действие ГПК РФ не содержит, но эта возможность следует из содержания правомочий участников процесса и суда. Практика показывает, что данная процедура активно используется экспертами. Пользуясь этой возможностью, судебные эксперты иногда переформулируют вопрос таким образом, что его смысл становится несколько иным. То есть, ответ дается уже не на тот вопрос, который был представлен сторонами и определен судом, а на его редакцию в понимании эксперта.

Сама по себе подобная практика не является порочной, за исключением случаев, когда редакция эксперта значительно изменяет изначальный смысл вопроса и его процессуальную цель.

В качестве примера приведем судебное заключение бюро СМЭ города Н. по иску гражданина М. к ООО «Т.». Судом в определении был поставлен вопрос экспертам в следующей редакции: «Отмечались ли у М. при поступлении в ГАУЗ ГКБ № 9 22.11.2013 и в период стационарного лечения объективные неврологические симптомы, характерные для черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушибом головного мозга?»

Ответ экспертов на данный вопрос был сформулирован следующим образом: «Диагноз: “сотрясение головного мозга, контузия средней тяжести, субарахноидальное кровоизлияние” не подтвержден данными медицинской документации».

Важно понимать, что при ответе на вопрос, подтвержден ли диагноз, эксперты исследуют не только объективную симптоматику, но и правильность оформления медицинской документации, верность выбранных методик диагностики, а также иные факторы, влияющие на обоснованность поставленного диагноза. При ошибках в документальном оформлении оказанной медицинской помощи, в последовательности проведенных диагностических мероприятий, во времени постановки диагноза, в выбранной тактике лечения диагноз может быть признан несвоевременным или порочным по иным причинам, однако наличие объективных признаков того или иного заболевания может не отрицаться экспертами. В случае с пациентом М. ситуация обстояла именно так. Несмотря на наличие объективных неврологических симптомов, характерных для черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушибом головного мозга, диагноз о наличии субарахноидального кровотечения был поставлен преждевременно, до получения анализа ликвора и данных компьютерной томографии, на основании первичного объективного исследования, о чем и был сделан вывод экспертами. Ответа же на вопрос, интересовавший суд, эксперты не дали. По делу была назначена повторная СМЭ.

Итак, если редактирование экспертом вопроса приводит к искажению задач, поставленных перед ним, – это серьезное процессуальное нарушение. Постановка вопросов для разрешения экспертом – исключительная прерогатива суда. Эксперт не вправе изменять смысл поставленных перед ним вопросов. В рассмотренном нами примере произошло искажение интерпретационной функции СМЭ.

Дача заключения

Читайте также в журнале «Правовые вопросы в здравоохранении»

В случае невозможности дать мотивированное заключение по поставленным судом вопросам эксперт указывает на такую невозможность и не делает каких-либо выводов. В экспертной среде такой вариант ответа коротко называют НПВ (не представляется возможным).

Между тем часто встречаются ситуации, когда эксперт, указывая на невозможность (НПВ) ответить на поставленный вопрос, в тексте вывода одновременно дает размытый теоретизированный ответ, содержащий личное мнение эксперта, не подтвержденное какими-либо фактами. Такую приписку нельзя признать заключением, однако она может оказать влияние на формирование у суда заранее определенного мнения. Чтобы избежать подобных последствий, необходимо при опросе эксперта в рамках судебного заседания фактически добиться опровержения всего содержания такого вывода. Вывод эксперта не может носить двойственный характер: либо это суждение о невозможности дать экспертное заключение, либо обоснованный вывод как результат проведенного исследования.

Расписка эксперта

Особое внимание при анализе экспертного заключения и определения суда следует уделять содержанию и оформлению расписки экспертов о предупреждении об уголовной ответственности (ст. 307 УК РФ) за дачу заведомо ложного заключения. Согласно ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ) заключение эксперта или комиссии экспертов должно содержать предупреждение эксперта об уголовной ответственности. Анализируя данную норму во взаимосвязи с положениями ст. 14 Закона № 73-ФЗ и нормами ГПК и УПК РФ, мы делаем вывод о том, что к моменту начала производства экспертизы эксперт уже должен быть предупрежден об уголовной ответственности. Иными словами, без выдачи соответствующей расписки эксперт не вправе даже прочитать материалы дела.

Статья 14 Закона № 73-ФЗ устанавливает точную последовательность действий руководителя государственного судебно-экспертного учреждения, предшествующих непосредственному началу производства экспертизы.

Руководитель обязан:

  • по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы;
  • разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права;
  • по поручению органа или лица, назначивших судебную экспертизу, предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, взять у него соответствующую подписку и направить ее вместе с заключением эксперта в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу;
  • обеспечить контроль за соблюдением сроков производства судебных экспертиз с учетом дат, установленных судами при назначении судебных экспертиз, полнотой и качеством проведенных исследований, не нарушая принцип независимости эксперта;
  • по окончании исследований направить заключение эксперта, объекты исследований и материалы дела в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу и т. д.

Эта последовательность указывает на то, что к моменту передачи материалов конкретным экспертам (эксперту) расписка уже должна быть взята с них руководителем экспертного учреждения (либо дана самим экспертом, если речь идет о негосударственном экспертном учреждении).

Анализируя во взаимосвязи положения ст. 79, 80, 84, 85, 86 ГПК РФ и ст. 14, 16, 25, 41 Закона № 73-ФЗ, авторы приходят к выводу об императивности требования о выдаче экспертом расписки перед началом производства экспертного исследования. Однако на практике подобную подпись эксперта можно найти на первой странице экспертного заключения вместе с реквизитами и датой изготовления самого заключения. При таком способе оформления очевидно, что подписка об уголовной ответственности дана экспертом не в момент начала производства экспертизы, а при составлении окончательного варианта экспертного заключения. То есть все действия эксперта, совершенные им непосредственно в процессе производства экспертизы, были совершены до того, как он был предупрежден об уголовной ответственности согласно ст. 307 УК РФ. Такое положение вещей прямо противоречит требованиям ст. 25 Закона № 73-Ф3 и, по мнению авторов, является серьезным процессуальным пороком.

Штатные и внештатные эксперты

Положения ст. 14 и 25 Закона № 73-ФЗ предусматривают определенный порядок привлечения экспертов к производству конкретных исследований. Так, если экспертное учреждение, которому поручено производство экспертизы, носит статус государственного, то в компетенцию начальника учреждения входит поручение производства экспертизы конкретному эксперту (комиссии экспертов), предупреждение его об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, разъяснение прав и обязанностей.

Абзацы 3 и 4 ст. 14 Закона № 73-Ф3 указывают, что руководитель экспертного учреждения обязан: «…разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права; по поручению органа или лица, назначивших судебную экспертизу, предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, взять у него соответствующую подписку и направить ее вместе с заключением эксперта в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу».

Однако в ряде случаев в ходе опроса ведущего судебно-медицинского эксперта в судебном заседании устанавливается, что указанные обязанности были выполнены им самим либо иным лицом, не имеющим подобных полномочий в момент изготовления окончательного варианта экспертного заключения.

Данная норма не работает, если для экспертизы привлекаются негосударственная экспертная организация или независимый эксперт, не состоящий в штате бюро СМЭ. В этом случае в определении суда должны указываться конкретные эксперты, которым поручено производство экспертизы, и содержаться текст, разъясняющий экспертам процессуальные права и обязанности, а также предупреждающий их об уголовной ответственности в порядке ст. 307 УК РФ.

Помимо этого, Закон № 73-ФЗ указывает, что при необходимости привлечения к производству экспертизы специалистов, не состоящих в трудовых отношениях с государственным экспертным учреждением, иными словами, не являющихся штатными судебными экспертами, руководитель учреждения обязан обратиться к суду с ходатайством о разрешении включения такого лица в состав экспертной комиссии. Требование носит довольно формальный характер, и зачастую экспертное учреждение и суд не утруждают себя его соблюдением, если стороны не акцентируют внимание на этом.

Между тем включение в состав комиссии судебных экспертов профильного специалиста, не состоящего в штате экспертного учреждения, является серьезным процессуальным нарушением. Оно само по себе может быть достаточным основанием для назначения повторной судебной экспертизы, если суд не передоверил полномочия по выбору эксперта руководителю организации, проводящей СМЭ, с указанием в определении о назначении СМЭ. При таких обстоятельствах получение соответствующей расписки начальником государственного экспертного учреждения не может считаться надлежащим соблюдением процедуры экспертного исследования.

Приведем пример. В гражданском деле по иску гражданки Т. к ООО «П.» при проведении судебной экспертизы был привлечен заведующий кафедрой акушерства и гинекологии одного из медицинских вузов, не являющийся штатным сотрудником экспертного учреждения. И, хотя по сути заключение экспертов не вызывало сомнений, суд посчитал данное обстоятельство достаточным для назначения по делу повторной судебной экспертизы.

Сбор доказательств

Другим распространенным процессуальным пороком при производстве СМЭ являются действия экспертов, которые признаются самостоятельным сбором доказательств. Следует понимать, что в данном случае речь идет не о ситуациях, когда эксперт проводит самостоятельное расследование, а об ошибках, допускаемых экспертами при дополнительном сборе необходимых для производства экспертизы материалов и данных. В частности, к таким ошибкам могут быть отнесены самостоятельное (без участия суда) получение историй болезни, первичной медицинской документации, получение данных компьютерной томографии, ультразвукового исследования и иных исследований, а также их проведение без уведомления суда и участников процесса. Эти действия могут быть расценены как самостоятельный сбор доказательств. Соответственно выводы на основании данных материалов процессуально порочны, поскольку получены с нарушением закона. Любые процессуальные действия (осмотр, истребование доказательств, дополнительный опрос пациента), которые проводит эксперт, должны проводиться с уведомлением всех сторон процесса, так как п. 3 ст. 84 ГПК РФ дает всем лицам, участвующим в деле, право присутствовать при производстве экспертизы.

Программное обеспечение

В настоящее время все более широкое распространение получает применение различного рода программных комплексов при производстве судебных экспертиз. Это обстоятельство поднимает ряд вопросов, которые могут быть адресованы судебному эксперту сторонами процесса. В частности, речь идет о легитимности применяемых при производстве экспертизы программных продуктов, диагностических систем и иных объектов авторского права.

На практике нередки ситуации, когда эксперт использует тот или иной программный продукт, не обладая правом на его использование; либо лицензионное соглашение, на основании которого программное обеспечение (ПО) было приобретено экспертным учреждением, не допускает его использование при производстве экспертиз. Иными словами, использованное ПО нелицензионное или приобретенная лицензия ограничивает его применение только целями обучения или иными некоммерческими целями, что не дает ее обладателю возможности применять ПО при производстве судебных экспертиз.

Пример

Ряд недорогих лицензий Microsoft предусматривает легитимную возможность использования их продуктов только для обучения или домашнего использования. Использование их в коммерческой или иной профессиональной деятельности приведет к нарушению лицензионного соглашения.

Это не влияет на существо экспертизы, если говорить о текстовых редакторах, однако ситуация меняется, если таким образом использовался программный комплекс для производства каких-либо вычислений.

Кроме того, функции нелицензионного продукта могут быть значительно урезаны правообладателем – соответственно, отсутствует гарантия точности расчетов, достоверности результатов работы, могут присутствовать ошибки в алгоритмах. Если в тексте заключения содержатся сведения о применении ПО при производстве экспертизы, экспертное учреждение обязано сослаться на правовые основания использования данного ПО.

Использование нелицензионного программного комплекса для производства экспертиз напрямую нарушает требования законодательства об авторском праве, что дает основания говорить о правовой порочности экспертного заключения как доказательства, полученного с нарушением закона и не имеющего юридической силы. В соответствии с п. 2 ст. 55 ГПК РФ доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Ошибки в медицинской части

Следующим этапом анализа спорного экспертного заключения является поиск неточностей, двусмысленностей и ошибок в медицинской части заключения. К наиболее распространенным нарушениям со стороны экспертов, по мнению авторов, можно отнести следующие:

1. Подмена понятий, позволяющая обосновать экспертное мнение, придать ему больший вес и ввести в заблуждение участников процесса, не обладающих специальными познаниями. В качестве примера можно привести некорректное использование неидентичных понятий: «разрыв кисты яичника» и «разрыв яичника», «разрыв сухожилия» и «полный разрыв сухожилия», а также терминов, например «медицинская манипуляция» и «операция».

2. Использование дефектов заполнения медицинской документации для изменения или опротестования диагноза. Например, краткость протокола люмбальной пункции – как основание для снятия диагноза «контузия головного мозга», не подтвержденного объективными данными, а отсутствие в первичной медицинской документации описания «теста сжимания и симптома сгибания колена» – как основание для снятия диагноза «полный разрыв ахиллова сухожилия».

3. Перегрузка исследовательской части экспертного заключения теоретическими выкладками без прямой привязки к фактическим обстоятельствам дела, т. е. создание видимости обоснованного заключения. Такая экспертиза дезориентирует несведущих в медицине лиц и нарушает требование доступности выводов СМЭ.

4. Использование принципа «не подтверждено, значит опровергнуто». Незначительные мелкие погрешности при заполнении документации, которые сами по себе не могут служить основанием для опровержения диагноза, сводятся в совокупность. Далее делается псевдообоснованный вывод о неточности установленного в ходе медицинского вмешательства диагноза, взамен формулируется новый диагноз.

В перечисленных случаях мы рекомендуем следующие защитные меры:

  • шире использовать результаты непроцессуальных форм специальных знаний (например, заключений ведомственного и вневедомственного контроля качества медицинской помощи). Как указывается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», справки, акты, заключения и иные формы фиксации результатов ведомственного или другого исследования, полученные по запросу органов предварительного следствия или суда, не могут рассматриваться как заключение эксперта и служить основанием к отказу в проведении судебной экспертизы. Указанные положения не препятствуют приобщению к материалам уголовного дела и использованию в процессе доказывания заключения специалиста, полученного в соответствии с ч. 3 ст. 80 УПК РФ;
  • привлекать судебного медика, не участвовавшего в первичной экспертизе, к даче письменной консультации о соответствии заключения СМЭ нормативно установленным требованиям;
  • привлекать врача – клинициста в статусе специалиста для консультации по оценке медицинских аспектов оказания медицинской помощи. Согласно ч. 1 ст. 157 ГПК РФ, суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи. Как пишет Л. Александрова, «консультация … специалиста помогает стороне создать свою версию происшедшего, высказать сомнения в обоснованности освещения его обстоятельств другой стороной»;
  • с целью преодоления неточностей, смысловой неоднозначности употребляемых медицинских терминов в выводах СМЭ обязательно использовать процессуальную возможность устного опроса эксперта в ходе следствия или судебного заседания.

Рекомендуемые меры помогут защите врача мотивировать несогласие с выводами первичной экспертизы, способствовать более объективной и полной правовой оценке медицинского происшествия.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Мероприятия

Мероприятия

Повышаем квалификацию

Посмотреть

Самое выгодное предложение

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией

А еще...

Критерии качества 2017: готовимся к оценке по-новому

Интервью

ФФОМС Наталья Стадченко

Председатель ФФОМС Наталья Стадченко в интервью журналу «Здравоохранение»:

Для медработника страховой представитель – это и контролер, и юридический консультант, и помощник одновременно





Наши продукты




















© МЦФЭР, 2006 – 2017. Все права защищены.

Портал zdrav.ru - медицинский портал для медицинских работников. Новости и статьи для главных врачей, медицинских сестер, заместителей главного врача, специалистов по качеству медицинской помощи, заведующих КДЛ, медицинских юристов, экономистов ЛПУ, провизоров и руководителей аптек.

Информация на данном сайте предназначена только для медицинских работников. Ознакомьтесь с соглашением об использовании.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-38302 от 30.11.2009


  • Мы в соцсетях
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы продолжить чтение статей на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — журнал в формате pdf

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы продолжить чтение статей на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы скачать файл на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Сайт предназначен для медицинских работников!

Чтобы скачать файл на портале ZDRAV.RU, пожалуйста, зарегистрируйтесь.
Это займет всего 57 секунд. Для вас будут доступны:

— 9400 статей
— 4000 ответов на вопросы
— 80 видеосеминаров
— множество форм и образцов документов
— бесплатная правовая база
— полезные калькуляторы

Вы также получите подарок — pdf- журнал «Здравоохранение»

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль